Хабаровчанку лишила свободы «сладкая жизнь»

Реальный срок заключения жительница Хабаровска получила за шопинг. Дело в том, что дама имеет пагубную привычку не платить за товар.

Погорела Алена на шоколадках. Кому расскажи – засмеют. Тем более в таком учреждении, куда ей теперь заезжать. Алена – бывалая, знает: не солидно схлопотать срок за мелочь. Точно жди, значит, обидную кликуху и подколки от новых соседушек.
Алена по-мужицки очистила нос, зажав ноздрю пальцем. Этому трюку научилась еще в первую ходку. Тогда ей, двадцатилетней девчонке дали солидный срок – 18 лет. Да и статья была уважаемая – 105-я. Такую, «убийственную», и называть не стыдно…

На свободу Аленку выпустили даже раньше. Она уже и забыла, как это – жить по ту сторону забора с колючкой. Да, собственно, и не знала толком этой воли. 13 лет она жила по законам зоны, оказавшись со справкой «в миру» растерялась. Здесь ее не называли «осУжденной», не надо постоянно повторять как мантру номер статьи и дату освобождения, нет над тобой начальников и крикливой бригадирки Верки, севшей в очередной раз за наркоту. Казалось бы – начинай все с чистого листа и радуйся жизни, но в том и дело, что это очень трудно…

Тут тебе не тюрьма

– Ленка, ты не думай, что я тебя буду содержать. Тут тебе не тюрьма, чтоб на всем готовеньком. А то привыкла там, расслабилась! На воле суетиться надо, – заявил ей благоверный.

Замуж Алена выскочила, едва став вольной. Подруги, которыми она обзавелась в колонии, потешались: надо было выйти на свободу, чтобы тут же добровольно ее лишиться! Но ей хотелось почувствовать себя такой же, как все, а не нести клеймо бывшей зэчки.
С Валерой она познакомилась на гулянке у общих друзей. Быстро взяла инициативу в свои руки, перебравшись к нему с чемоданом буквально после второго свидания. Зачем тянуть? Валерка не возражал, казалось, ему плевать, что статус его поменялся так стремительно.

Впрочем, Аленка не досаждала, но и не баловала. Ругались нечасто, дрались еще реже – вполне нормальная семья. В гражданском супруге ее раздражало только вечное стремление отправить ее работать. Даже, впрочем, не работать, а приносить деньги. Каким способом она их добудет, Валерке опять-таки было наплевать. И еще бесило, что он упорно называл ее Ленкой, хотя она с упорством поправляла – Алена.

– Ты куда? – Валера с удивлением наблюдал, как она направилась в коридор.

– Суетиться пошла, – огрызнулась та.

– Не понял.

– Что не понять?! Пойду работу поищу, поспрашиваю, может, рядом, «на районе», кто нужен, – она не стала ждать одобрения «вот это правильно, а то сидишь», хлопнула дверью и вышла во двор. Идти никуда не хотелось.

Сладость антидепрессанта

Алена твердо решила, что проболтается до вечера, чтобы Валерка понял: она старается найти себе место. Скажет, что в паре мест дошло до собеседования, но, узнав ее «бэкграунд», все отказывали. Можно еще всплакнуть для верности или швырнуть сумку в угол, чтобы показать переживания.

«Артистка» – называла ее бригадир в колонии. Не восхищалась, а скорее констатировала. Алена могла талантливо изобразить резкий приступ болезни, чтобы не идти на смену, обморок, головокружение – что угодно. Это умение ценили в отряде, когда требовалось выступить в очередной сценке самодеятельности. Неужто она тут с единственным зрителем не справится!

Алена посидела на лавочке, походила, даже журнальчик выпросила у какой-то мамаши, полистала, а время все тянулось и тянулось. До вечера еще далеко, скучно и захотелось есть. Аленка пошла в магазин крупной торговой сети. Побродила между рядами, слопала несколько конфет, благо они лежали россыпью: берите, люди добрые, мы вам доверяем! Аленка хмыкнула от такой наивности магазинного начальства. Тут взгляд упал на сложенные на полке шоколадки. Плитки она любила еще с детства.

Это вам не конфеты – тут настоящий праздник! Ей нравился звук, когда разворачиваешь шоколад, клей поддается, а фольга отзывается каким-то металлическим звоном. Запах настоящего шоколада, который не спутаешь ни с чем.

Руки сами потянулись к плитке, взяла одну, затем еще одну, а потом Аленка увидела ценник и остановилась. У нее не хватает денег даже на одну плитку! Ну, почему именно к ней так сурова судьба! Ведь не просит же многого? Всего пару плиток, чтобы на секунды вспомнить вкус детства, стать чуточку счастливей и лучше. Аленка закусила губу от обиды.

– Извините, вы берете?

Ее постучала по плечу девушка с корзинкой в руке.

– Тебе-то что за дело?

– Да мне просто тоже надо одну взять, – неожиданно улыбнулась девушка на откровенное Аленкино хамство. Аккуратно обогнула ее и протянула руку за сладостью.

– Слышь? Не обижайся, я не со зла, – Алена сама не ожидала, что станет оправдываться перед незнакомкой.

– Да, я ж понимаю. Все мы после работы уставшие, задерганные. Я только шоколадками и спасаюсь – дети знают, что пока я чай не попью, лучше и не лезть. Мой универсальный антидепрессант! – рассмеялась та.

– Работа – дело такое, – протянула Алена, дождалась, когда собеседница направится к кассе, достала из кармана черный пакет и сгребла туда все шоколадки, которые были на полке.

Чем больше, тем лучше

Алена удивилась, как спокойно удалось покинуть магазин с похищенным добром. Охранник на выходе даже не глянул в ее сторону, когда она прошмыгнула мимо касс и вышла, не пряча набитый шоколадками пакет. В колонии она слышала, как соседка-рецидивистка объясняла менее опытной: если собираешься красть, то тащи побольше, а не одну вещь. Тогда, мол, никто тебя не заметит. А с одной попадешься точно. Тогда Аленка засомневалась в словах «лекторши», но сейчас убедилась на практике.
Валерки дома еще не было, не пришлось объяснять, откуда такая добыча. Алена поставила чайник и достала из пакета сразу три плитки. Одну слопала, пока не закипела вода, вторую – уже с чаем. Третью оставила на столе, решив побаловать мужа. Остальное спрятала в шкаф, закидав своими вещами. Туда Валерка точно не полезет.

Сколько вынесла из магазина, Алена даже не считала. Зачем? Вдруг покажется мало, расстроишься. Это же так – чисто себя порадовать.

Валерка пришел поздно и пьяный, обрадовался угощению, как маленький. И даже всплакнул, выслушав выдуманную Аленкой историю про злобных кадровичек, указавших на дверь бывшей заключенной.

– Ты все же попробуй еще, поищи, вдруг возьмут куда. Давай я завтра в магазин соседний зайду, спрошу, видел, что им продавцы нужны, – предложил он.

– Будто у меня своего языка нет. Сама загляну, – тут же соврала Аленка.

Содержимое сладкого пакета уничтожила за неделю. Уже подташнивало, но отступать она не привыкла. Только закрутила в туалетную бумажку обложку, чтобы выкинуть незаметно в ведро, как в дверь стали сильно барабанить. Звонка у них с Валеркой не было: сами оборвали, чтобы соседи не беспокоили, когда они шумно выясняют отношения в ночи. Кто ж такой настойчивый? Аленка привычно обтерла руки об трикошки, выругалась и пошла открывать.

В родные пенаты

За дверью оказался молодой сержант полиции с черной папкой в руках.

– Гражданка Георгиева…

– Вы ошиблись, – перебила его и попыталась захлопнуть дверь.

– Гражданка Георгиева, я же не спрашиваю, а утверждаю. Я же вас несколько раз проверял уже, забыли?

– Да не я это, сестра ее, просто похожа очень! Мы все в роду на одно лицо. Вам же Алена нужна? Во дворе она, сейчас позову, подождите! – Аленка попыталась прошмыгнуть по лестнице на улице, но сержант перегородил путь и покачал головой.

– Алена Сергеевна, пройдемте со мной!

Полицейский подождал, пока хозяйка переобуется в кеды, пока отыщет паспорт. Аленка, как могла, тянула время на свободе, понимая, что с приходом сержанта кончается вольная жизнь. Она не знала грустить ей или радоваться. Там, куда все так боятся попасть, Аленке было все легко и понятно. Тут же приходилось каждый день что-то выдумывать и под кого-то подстраиваться.

На суде женщина признала себя виновной, заученно подтвердила, что раскаивается. При вынесении приговора судья учел, что параллельно рассматривалось еще одно дело о краже, на которой Алена попалась чуть раньше. Результат – три года лишения свободы в знакомой уже колонии.

– В пользу торговой точки с подсудимой будет взыскано свыше 15 тысяч рублей – стоимость похищенного шоколада, – комментирует Елена Демидовская, старший помощник прокурора Центрального района Хабаровска.

Наталья Львова. По материалам дел прокуратура Центрального района Хабаровска. Имена действующих лиц изменены, любые совпадения случайны.