Хабаровский режиссёр показывает мир глазами орлана 

Владимир Чебанов – человек, чья жизнь будто разделена на две части: небо и тайга. Военный летчик из Хабаровска неожиданно стал документалистом, посвятившим себя съемкам дальневосточной природы. 

Вместе с операторами Алексеем Сахно и Татьяной Гетмановой в 2018 году он создал киностудию «Сэвэн». В 2025‑м студия завершила работу над фильмом «За кромкой серого тумана. Секреты белоплечей птицы» (18+). Полтора года заняло создание первого отечественного фильма о белоплечих орланах. Их работа – не просто кино, а исследование, в котором пересекаются наука, искусство и любовь к природе. В разговоре с EastRussia – о поиске призвания и об экспедициях на край света.

– Владимир, как получилось, что летчик стал документалистом?

– Я родился в Уфе, в 1987 году поступил, а в 1991‑м выпустился из Сызранского высшего военного авиаучилища. Служить отправили в Хабаровск – охранять госграницу. Помню первое впечатление: вышел на привокзальную площадь, а передо мной – Большой Хехцир, горы рядом с городом. В Уфе такого не было, и это сразу зацепило! Быстро понял, что хочу здесь остаться. Даже родителям позвонил и сказал: «Дачу вы, конечно, купили зря – я не вернусь».

Во время службы – а это с 1991 по 2001 год – мы много летали над тайгой. Вид с вертолета потрясающий в любое время года. А когда появлялось свободное время, я отправлялся путешествовать и видел этот лес уже изнутри. Но, честно, тогда и представить не мог, что когда‑нибудь займусь документальным кино.

– А когда произошел этот поворот?

– С 2001 года мы профессионально занимались путешествиями: у меня была туркомпания. И в 2018‑м нам понадобился фильм о наших маршрутах для выставки. Мы его сняли. А в 2019‑м поехали с этим фильмом в Берлин. С этого и началась наша история как студии. Постепенно туризм ушел на второй план, мы полностью сосредоточились на кино. Сейчас наши работы делятся на два направления: исторические фильмы и фильмы о природе.

– Один из ваших первых фильмов – «Таежная история», там есть очень личный монолог…

– Да, почему‑то тогда захотелось сказать о своем взгляде на жизнь. Попав на Дальний Восток, я понял, что это именно то место на Земле, где хочется жить и работать. Здесь создалась моя семья, родился сын.

За годы жизни в Хабаровске я ни разу не пожалел о своем выборе. Мой мир – мир тайги: огромные пространства лесов, гор и рек. Это привычное и любимое пространство. Здесь все гармонично, здесь я чувствую себя дома. Внутри мира природы все по‑честному. Там нет жадности, и никто не делает подлости. Этот мир приходится постоянно изучать и у него учиться.

В душе я проводник, сталкер, который может провести любого желающего в настоящий мир живой природы. И в какой‑то момент мне стало понятно, что своим миром можно делиться с людьми через путешествия, фотографии, фильмы. А в своей обычной жизни я живу где‑то между цивилизацией и природой. Все свободное время посвящаю съемкам.

– Ваш новый фильм – «За кромкой серого тумана» – посвящен белоплечим орланам. Почему именно они?

– Мы часто бывали на побережье Охотского моря и сталкивались с орланами. Я их фотографировал – огромная, красивая птица. И захотелось узнать больше. Оказалось, что это редкий вид, который гнездится только в России. При этом о нем не было ни одного отечественного документального фильма – только иностранные! Для нас стало делом чести сделать такой проект.

– Как проходили съемки?

– Фильм состоит из материалов четырех экспедиций. Первая – летом 2024 года. Мы прошли по Амуру от Комсомольска до Николаевска, затем работали в Татарском проливе. Отдельно снимали в зоосаде «Приамурский» – там живет пара орланов. Нам нужно было получить сверхкрупные планы, которые не снимешь в дикой природе, – так, чтобы была возможность рассмотреть перышки и роговицу глаза. Снимали буквально с трех‑четырех метров. Кстати, забавный момент: на камерах оказалось много кадров кошек – они приходят воровать рыбу у орланов!

Вторая экспедиция – на Сахалин. Месяц колесили на машине по острову, пытались поймать момент весенней миграции. Третья – на острове Талан в Охотском море, в ста километрах от Магадана. Там мы наблюдали за птенцами. Две недели полной изоляции: привезли все свое, включая генератор – около 200 кило груза. И четвертая – Охотское побережье Хабаровского края, где снимали летнюю жизнь птиц.

– Судя по масштабу, очень затратный проект.

– Да, экспедиции – это дорого. В этом проекте нам помогали субсидия правительства края, средства Фонда президентских грантов, авиакомпания «Аврора», просто люди. Но в целом документалистика – это не про деньги. Все, что удается заработать или привлечь, мы вкладываем обратно в проекты. И, конечно, огромную роль играет поддержка близких и друзей.

– При этом ваш фильм сделал вклад в науку?

– Наш научный консультант – орнитолог Ирина Утехина из Магаданского заповедника. Она помогала с маршрутами, подсказывала, когда и куда ехать, много консультировала по поведению орланов. И когда она посмотрела материал, сказала, что на его основе можно написать несколько научных работ. Например, мы впервые сняли такие подробные кадры скальных гнезд. Обычно съемки ведутся в более доступных местах – на деревьях. 

– Как вы технически снимаете такую сложную природу?

– Это целый комплекс съемочных приемов и оборудования. У гнезда используем автоматические камеры, реагирующие на движение, – чтобы не тревожить птиц. Есть и «засада»: когда сидишь в одном месте часами или даже ночуешь в укрытии. Животные привыкают, и можно наблюдать за их жизнью. А для съемок орланов оказалась нужна еще и альпинистская подготовка.

– Были экстремальные ситуации?

– Иногда случаются приключения. Сидим однажды ночью в палатке, разговариваем – и вдруг слышим выстрелы: стрелял сторож рыбодобывающей артели, наш единственный сосед. Мы сразу начали устанавливать электроограждение от медведя: колышки, проволока. А чтобы все работало, нужно убрать траву – и вот мы в темноте ножами «выкашивали» периметр нашего лагеря!

Или в Магадане: ночь, мы мокрые, с кучей оборудования, а такси нет. В итоге один водитель согласился, все загрузил и даже не взял доплату. Чем дальше на восток страны – тем добрее люди.

– Расскажите о вашей студии «Сэвэн».

– Название появилось случайно. Мы ждали вертолет на побережье Охотского моря, было два дня свободного времени. Алексей Сахно вырезал фигурку сэвэна: это дух, помощник шамана у коренных народов. Забрали ее, и как‑то разговор зашел о студии. Так и появилось название. Мы решили, что сэвэн нам помогает в творчестве. Кстати, он даже в Берлин с нами летал.

– Вы участвуете в фестивалях, конкурсах?

– Обязательно! Это нужно, чтобы не «вариться в собственном соку», получать обратную связь. Самая значимая награда – Гран‑при фестиваля «Человек и море» (18+) во Владивостоке в 2022 году за фильм «Сказка о коротком лете» (18+). Но главной своей наградой мы считаем подарок от наших зрителей, тоже, кстати, из Владивостока. Они подарили нам деревянный макет карты Дальнего Востока, который сейчас висит над монтажным столом и постоянно перед глазами.

– Много ли в России документалистов, снимающих природу?

– На самом деле нет. Мы насчитали примерно 10–15 команд по стране, которые занимаются этим постоянно. Хотим объединить их в сообщество. Надеемся, что открытие филиала ВГИКа в Хабаровске поможет этому.

– Кстати, о ВГИКе.

– В этом году мне предложили возглавить курс режиссуры неигрового кино в филиале ВГИКа. И мы с Татьяной решили сделать «Мастерскую экспедиционного кино». Такого направления раньше не было. Набираем 13 будущих режиссеров. Очень хочется, чтобы люди со всей России приезжали сюда учиться съемкам природы.

– Где можно посмотреть ваш фильм?

– Пока он живет фестивальной жизнью, в открытом доступе его нет. Но мы периодически проводим встречи со зрителями и показываем. А другие наши фильмы можно найти в интернете – мы их не прячем…