Рубрика: люди

Зачем хабаровчане ныряют в прорубь

Крещенские купания в проруби – популярный ныне январский ритуал. Вот и в Хабаровске ныне омывались в трех освященных купелях. Одна из них расположена в парке «Северный».

Окунание в иордани – такая народная традиция упоминалась еще в 16 веке, когда, как писали ria.ru, Русская церковь на Стоглавом соборе 1551 года даже вовсе... запретила купания, ведь возможная смерть в проруби якобы приравнивалась к самоубийству! И сейчас многие в РПЦ без особого восторга смотрят на эту неистребимый крещенский почин, однако запреты и морозы по-прежнему мало кого из желающих останавливают. 

При этом, по словам председателя учебного комитета РПЦ протоиерея Максима Козлова в прошлогоднем интервью РИА «Новости», многие даже не задумываются, по случаю чего и зачем ныряют в прорубь. Таким образом, указывает протоиерей, купания «отделились» от церковной жизни. 

«Немало людей, – сообщал столичный священник, – совершают обряд не из благочестивых побуждений. Лезут в ледяную воду, желая показать себя перед противоположным полом. А некоторые еще и в состоянии алкогольного опьянения». Более того, как отмечает он, в последние годы родилось «опасное заблуждение»: якобы купание в иордани смывает все грехи.

Социологи же отмечают, что, помимо религиозных причин (многие все равно считают такое омовение православной традицией), часть россиян считает, что в проруби они «закаливаются», «испытывают себя», «получают новые эмоции», есть даже те, кто думают, что так делать «модно»!

Так что, как и в 16 веке, или в советские времена, когда с крещенскими ныряльщиками боролись фельетонами и даже более жесткими карами, многих желающих не останавливают ни предупреждения врачей, ни представителей МЧС. А таких желающих у нас немало: как указывали журналисты РИА «Новости», в январе 2021-го, даже вопреки пандемии, на Крещение искупались более двух миллионов россиян! 

Вот и на этот раз для желающих окунуться в том же хабаровском парке «Северном» были созданы все условия. Спасатели дежурили у купелей, организовали горячее питание. Были оборудованы две отдельные, просторные палатки с подогревом. Кто боялся окунаться сам, с тем были «ангелы-хранители» из МЧС. Спасатели держали такого человека за руки, помогали ему зайти и выйти из иордани. 

Людмила Лимонова, в свои 59 лет, впервые окунулась в проруби. Она отметила комфортные условия внутри палатки: места всем хватает, есть пространство, где можно раздеться и одеться не спеша, а внутри – тепло. 

Социологи отмечают, что, помимо религиозных причин, часть россиян считает, что в проруби они «закаливаются», «испытывают себя», «получают новые эмоции», есть даже те, кто думают, что так делать «модно»! 

Спрашиваем еще одну хабаровчанку, что надо делать.

– Сам процесс – несложный. Перед заходом в воду надо перекреститься три раза. Спускаться в воду нужно постепенно и не торопясь. Окунуться надо три раза. Кто-то делает это с головой, а кто-то – без. Выходя, обязательно перекреститесь, – обстоятельно объясняет Ирина Смирнова.

Для Елены Ивановой это тоже осознанный подход. Ей важно полностью соблюсти известный ей ритуал и окунуться именно в белой нательной рубашке. 

– Более того, надо четко знать – для чего ты это делаешь! Это должно быть что-то внутри. Ты не просто сюда пришел видео снять, а, чтобы оставить все плохое. За собой заметила, что за восемь лет окунания я ни разу не болела, – уверяет Елена.

Ощущения же, которые люди испытывают, когда совершают этот ритуал, самые разные. Как сказал, к примеру, Виталий Найденыш, это нельзя передать словами, надо пробовать: «Это здорово, классно! Ты испытываешь реальный кайф, как будто заново родился!» 

Кстати, вода оказалась не такой уж и холодной, если верить поклонникам таких омовений. Чувствовать холод ты начинаешь, когда уже выходишь из воды, отмечает Ксения Филипова, ныряльщик с 12-летним стажем. Хабаровчанка испытывает в этот момент чувство адреналина. Именно за этим, по ее словам, и приходит сюда, ритуал стал для женщины очень важным.

– Каждый год обещаю себе, что это последний раз, – признается Ксения, – но все равно ныряю!

Ксения Файзулина, Марина Кутепова